КОНТРОЛЬ ЭКОСИСТЕМЫ ЖЕЛУДОЧНО-КИШЕЧНОГО ТРАКТА: ПРОБИОТИКИ, ПРЕБИОТИКИ, ФУНКЦИОНАЛЬНАЯ ПИЩА
Игорь Коляда, Игорь Тумак
В настоящее время постоянно возрастает число доказательств того, что многие заболевания связаны со стилем жизни и теоретически их можно предотвратить. Снижению сопротивляемости заболеваниям способствует стресс в сочетании со снижением физической активности, прием в пищу консервированных и специально обработанных продуктов с химическими примесями и использование лекарств. Существует много доказательств того, что наши гены, на протяжении тысячелетий и миллионов лет адаптированные к “доисторической” жизни, плохо переносят резкие изменения, произошедшие в образе жизни и питании за последние 100 лет. Среднестатистический житель стран Запада в настоящее время употребляет за год 40 кг рафинированного сахара, в десять раз возросло потребление натрия, вчетверо — насыщенных жиров, вдвое — холестерина, существенно уменьшилось употребление в пищу растительных волокон, таких элементов, как калий, магний, кальций и хром, полиненасыщенных жирных кислот, витаминов и антиоксидантов.
Еще важнее тот факт, что доисторическая пища содержала в несколько тысяч раз больше бактерий, преимущественно пробиотических. Доисторические методы хранения пищевых продуктов заключались в высушивании или же чаще их держали в погребах под землей, где продукты подвергались естественной ферментации. Таким образом люди каменного века научились изготовлять пиво, вино, кислую капусту, зеленые оливки. В настоящее время пища, подвергшаяся естественной ферментации, все чаще исчезает из современного рациона — в производстве “фабричной” пищи технологии направлены на максимально полное устранение бактерий. Для продления срока хранения пищевых продуктов в настоящее время пропагандируются альтернативные способы обработки, например, применение ферментов, а не живых бактерий. Данные изменения, а также интенсивное соблюдение гигиенических требований при родах и уходе за ребенком привело к тому, что в странах Запада у детей нарушены процессы формирования туземной кишечной флоры, выполняющей защитную функцию. Возможно, вследствие этого и возрастает частота аллергических и инфекционных заболеваний среди детей в таких странах.
Поражающими являются результаты исследований Lindeberg, проведенных в Новой Гвинее, где аборигены питаются традиционной пищей, богатой волокнами, витаминами, минералами и полиненасыщенными жирными кислотами, редко употребляют животные жиры и рафинированный сахар, не пьют алкоголь. Хотя данная популяция потребляет много насыщенного масла какао и 80% ее представителей курило, в ней фактически не было случаев сердечно-сосудистых заболеваний, редко встречался сахарный диабет и рак.
После дыхательных путей желудочно-кишечный тракт является вторым по площади поверхности — площадь его слизистой составляет от 250 до 400 м2. При средней продолжительности жизни через него проходит до 60 т пищи. При такой нагрузке слизистая вынуждена быстро обновляться — большинство клеток эпителия замещается каждые 3–4 сутки. Кроме того, защитную роль играют секреты — слюна и слизь. Секрет содержит не только слизь и пищеварительные ферменты, но и факторы, от которых зависит функция нормальной микрофлоры. В то же время секреторная функция очень чувствительна к влиянию химических факторов, в том числе лекарств.
Желудочно-кишечный тракт является пристанищем для разнообразной флоры, насчитывающей свыше 500 видов бактерий, некоторые из них выполняют важную функцию для сохранения здоровья. Считается, что количество бактерий в 10 раз превышает число клеток организма, это наводит на мысль о том, что они функционируют как его неотъемлемая часть. Ранее данный факт игнорировался, при том, что лечение антибиотиками, цитостатиками и облучение оказывало разрушающее влияние на микрофлору.
В начале третьего тысячелетия в индустриальных странах повсеместно отмечается повышение частоты аллергических заболеваний, язвенного колита, болезни Крона, сахарного диабета и артритов. Такая вспышка связана с генетической предрасположенностью, иммунными нарушениями, а также с влиянием триггерных факторов — аллергенов и антигенов, бактерий и вирусов, присутствующих в пищеварительном тракте, и нарушением барьерной функции кишечника. Считается, что в кишечнике постоянно происходят процессы иммунной и даже воспалительной активации, в таком случае утрата стимулов, запускающих защитные механизмы, способствует развитию воспалительных заболеваний.
Первая линия защиты организма направлена на элиминацию чужеродных антигенов, проникающих сквозь слизистую, и регуляцию антиген-специфического иммунного ответа. Следовательно, гастроинтестинальный барьер контролирует антигенный транспорт и формирование иммунологических реакций в кишечнике. Даже в физиологических условиях сквозь защитный барьер проникает небольшое, но иммунологически значимое количество антигенов. Сквозь слой эпителия они проникают путем трансцитоза, после чего основная часть их подвергается распаду в лизосомах на пептидные фрагменты с меньшей иммуногенностью, а оставшаяся часть протеинов остается интактной и вызывает антиген-специфический иммунный ответ.
Лимфоидная ткань кишечника — лимфоидные (пейеровы) бляшки, лимфоциты и плазматические клетки, находящиеся в lamina propria, вместе составляют организованную лимфоидную ткань кишки. Над базальной пластинкой в кишечном эпителии содержатся интраэпителиальные лимфоциты. В эпителии, выстилающем пейеровы бляшки, присутствуют специализированные М-клетки, которые захватывают образцы антигенов (antigen sampling cells). Хотя в иммунной системе, как в крови, так и в тканях, преобладает IgG, в слизистой кишки, как и в дыхательных путях, слюнных, слезных и молочных железах, наблюдается продукция значительных количеств секреторного IgA в форме димера или полимера. Поэтому иммунный ответ, инициированный кишечной лимфоидной тканью, может оказывать влияние на иммунный ответ других слизистых оболочек и желез.
Незрелость барьерной функции кишки сопровождается повышенной проницаемостью слизистой и извращением иммунного ответа, что может объяснять чувствительность к инфекциям, воспалению и склонность к гиперчувствительности в раннем возрасте. Повышенная проницаемость кишечного барьера может возникать и вторично, под влиянием вирусов, бактерий или пищевых антигенов. Таким образом, сквозь слизистый барьер проникает большое количество антигенов, нарушая транспортный механизм. Даже при отсутствии воспалительных стимулов со стороны окружающей среды здоровая зрелая кишка находится в провоспалительном состоянии — состоянии так называемого контролируемого воспаления, когда провоцируется дифференциация и активация лимфоцитов, генерирующих провоспалительные цитокины.
Колонизация кишки бактериями сопровождается возрастанием числа кишечных лимфоцитов и созреванием иммунной функции слизистой. Антигены бактерий, содержащихся в просвете кишки, вызывают специфический ответ лимфоидной ткани кишечника. В экспериментальных моделях на животных было засвидетельствовано, что способность генерировать IgA‑продуцирующие клетки инициируется формированием кишечной микрофлоры и с появлением специфических IgA в ответ на транслокацию частиц бактерий, что является отражением созревания иммунных механизмов защиты в кишке. Происходит уменьшение количества лимфоцитов в lamina propria и повышение концентрации иммуноглобулинов в сыворотке. Доказано, что у животных со стерильным пищеварительным трактом плохо развиваются вторичные лимфоидные органы — селезенка и лимфоузлы по причине отсутствия антигенной стимуляции. Кроме того, было обнаружено, что у мышей со стерильным пищеварительным трактом сохранялась тенденция к генерализованым иммунным реакциям на овальбумин с продукцией IgE, такого рода отсутствия толерантности удавалось избежать путем формирования микрофлоры на неонатальной стадии развития, но не позже.
Подобные результаты были получены в исследованиях на людях: отмечались значительные отличия кишечной микрофлоры младенцев, рожденных естественным путем и с помощью кесарева сечения. Это было связано со зрелостью гуморальных иммунных механизмов, в частности, циркуляцией IgA- и IgM-секретирующих клеток. Следовательно, кишечная микрофлора в раннем возрасте влияет на развитие кишечной лимфоидной ткани и задает направление регуляции локального и системного иммунного ответа.
Наиболее ранними и важными движущими силами в формировании защитных механизмов кишечника являются пищевые и микробные антигены. Нормальная кишечная микрофлора, то есть пробиотики, способствует барьерным функциям кишки, подает преобразованные сигналы к лимфоидной ткани кишки, помогая поддерживать баланс между провоспалительными и противовоспалительными цитокинами. Таким образом, между организмом-хозяином и микробами в норме существует тесное взаимодействие, а определенная диета и прием смесей, содержащих необходимые кишечные бактерии, могут иметь важное профилактическое и лечебное значение при воспалительных заболеваниях.
Доказано, что отдельные виды кишечной микрофлоры могут подавлять иммунный ответ на пищевые антигены у людей с аллергией, что связано с активацией синтеза противовоспалительных цитокинов — интерлейкина-10 и трансформирующего фактора роста. В то же время способность стимулировать неспецифический иммунный ответ сохраняется.
Микробная колонизация начинается сразу после рождения и поначалу доминируют факультативные анаэробы. Позже начинают преобладать молочнокислые бактерии и коли-формы. После прекращения грудного вскармливания относительный состав микрофлоры зависит от диеты и приближается к таковому у взрослых. Если грудное вскармливание способствует росту бифидобактерий, то питание смесями формирует комплексную микрофлору, включающую бифидобактерии, бактероиды, клостридии и стрептококки. В подвздошной кишке содержание бактерий всех видов постепенно увеличивается до ≤1014. Большинство представляют анаэробные бактерии 5 родов: Bacteroides, Eubacterium, Bifidobacteium, Peptostreptococcus и Fusobacterium. В толстой кишке также присутствуют различные анаэробы и факультативные анаэробы, свойства большинства из них до сих пор не изучены в связи с трудностями при их посеве и культивации. В целом экосистема кишечной микрофлоры взрослых насчитывает до 500 видов бактерий. Некоторые из них являются потенциально болезнетворными в связи со способностью продуцировать токсины, инвазии в слизистую и активации карциногенеза и воспалительного ответа. Тогда как к видам со свойствами, способствующими сохранению здоровья, относятся в первую очередь бифидобактерии и лактобациллы. При инфекционных и воспалительных заболеваниях нарушается баланс микрофлоры кишки, увеличивается количество потенциально патогенных бактерий и нарушаются процессы взаимодействия между организмом-хозяином и микробами, приводя к тому, что сапрофитные микроорганизмы могут вызывать иммунный ответ.
ПРОБИОТИКИ
Пробиотические бактерии — это живые микроорганизмы, являющиеся составной частью нормальной микрофлоры, патогенность которых низкая или отсутствует, в тоже время засвидетельствовано, что их функция полезна и важна для жизнедеятельности организма-хозяина. Они должны быть устойчивыми к воздействию кислоты и желчи, при этом обладая способностью к адгезии к слизистой кишки. Лечебно-профилактические эффекты пробиотиков связаны с конкурентным взаимодействием с поверхностными рецепторами слизистой, продукцией веществ со свойствами антибиотиков, усилением иммунной защиты организма хозяина и конкуренцией с патогенной флорой. Имеются также данные об усилении неиммунной защиты: укрепления тесных контактов между клетками эпителия, повышения секреции слизи, моторики и продукции метаболитов (аргинина, глютамина и жирных кислот с короткой цепью), которые также выполняют защитные функции.
Определению пробиотиков более всего соответствуют Lactobacillus и Bifidobacterium. Поддержка такой экологической флоры важная для предотвращения заболеваний, особенно инфекций. Пробиотические бактерии эффективно подавляют избыточный рост бактериальной, грибковой и вирусной условно-патогенной флоры, они способны контролировать размножение таких возбудителей кишечных инфекций, как Salmonella typhimurium, Shigella, Clostridium difficile, Campilobacter jejuni, Escherichia coli. Также они играют важную роль в защите от возбудителей инфекций мочеполовой системы, таких как Gardnerella vaginalis, Bacteroides bivius, Candida albicans и Chlamidia trachomatis.
Главная роль пробиотиков заключается в стабилизации кишечной микрофлоры. Да, они способны лечить нарушения микроэкологии кишки, обусловленные как окружающей средой (диарея путешественников), так и оральной антимикробной терапией (диарея, связанная с антибиотиками). Недавно в двойном слепом, плацебо-контролированном исследовании было засвидетельствовано, что некоторые штаммы молочнокислых бактерий способны предотвратить диарею путешественников. Помимо профилактики инфекционных заболеваний пищеварительного тракта, пробиотики способны также облегчать течение заболеваний и сокращать их продолжительность. Наиболее обосновано применение пробиотиков при лечении острой диареи и в качестве адъювантной терапии — при воспалительных заболеваниях, связанных с кишечником. Клинический эффект пробиотиков (Lactobacillus GG) обусловлен стабилизацией туземной флоры, уменьшением продолжительности shedding ротавируса, уменьшением проницаемости стенки кишки, которая увеличивается при ротавирусной инфекции, и возрастанием числа клеток, секретирующих IgA против ротавируса. Прием молочных продуктов, ферментных Lactobacillus helveticus, Lactobacillus acidophilus, Lactobacillus casei, Bifidobacterium bifidum и Streptococcus thermophilus позволяет предотвратить эпизоды диареи у младенцев, в том числе благодаря стимуляции специфического IgA ответа. Как у детей, так и у взрослых Lactobacillus GG и S. bougardii предотвращают рецидивы инфекции Clostridium difficile после первичной антибиотикотерапии. Пробиотики также способны предотвращать развитие диареи, связанной с применением антибиотиков, или уменьшить ее тяжесть у детей.
Некоторые штаммы пробиотиков способны in vitro индуцировать выброс фактора некроза опухолей α и интерлейкина 6, что отражает стимуляцию неспецифического иммунитета. Такие штаммы, как Lactobacillus acidophilus La1 и Lactobacillus rhamnosus GG, активируют фагоцитоз. В ряде исследований было засвидетельствовано, что пробиотики способны подавлять синтез провоспалительных цитокинов, следовательно, влияние с их помощью на эндогенную микрофлору позволяет устранить ряд иммунологических нарушений при болезни Крона, пищевой аллергии и атопической экземе. Несомненно, лечение, включающее пробиотики, уменьшает частоту воспаления культи прямой кишки после колэктомии с илеоректоанастомозом (т. наз. “pouchitis”). Лечение, включающее прием непатогенного штамма E. coli, улучшает клинические результаты при язвенном колите по сравнению с лечением месаламином.
Известно, что рак толстой кишки связан с питанием и характером кишечной флоры. Лактобациллы и бифидобактерии уменьшают содержание таких микробных ферментов, как β‑глюкоронидаза, β-глюкозидаза, нитроредуктаза и уреаза в каловых массах. Перечисленные ферменты участвуют в процессах активации различных мутагенов и канцерогенов. Исследования на животных засвидетельствовали, что пробиотики снижают частоту предраковых изменений. Однако до сих пор не доказано, что пробиотики способны снижать риск рака толстой кишки у человека.
В недавнем исследовании Isolauri et al. было обнаружено, что пробиотики способны подавлять реакции гиперчувствительности на внешние антигены. Действительно, гомогенаты из L. ramnosus штамм GG, L. acidophilus, L. debruckii subsp. Bulgaricus, B. lactis и S. thermophilus угнетают пролиферацию мононуклеаров в ответ на фитогемагглютинин, причем противовоспалительный эффект гомогенатов различных штаммов отличался как по количественным, так и по качественным показателям. Доказана возможность выделения термостабильных антипролиферативных компонентов из гомогенатов данных бактерий, которые потенциально можно применять в клинической практике.
Кишечная микрофлора может модифицировать структуру потенциально вредных антигенов, снижая их иммуногенность. Например, негидролизированный казеин стимулирует продукцию IL4, тогда как казеин, гидролизированный штаммом GG L. ramnosus, подавляет ее. Отмечалось существенное облегчение течения атопического дерматита (экземы) у младенцев при назначении элиминационной диеты с пробиотическими добавками, в то же время уровень маркеров кишечного и системного аллергического воспаления значимо уменьшался. Также и у взрослых с гиперчувствительностью к молоку прием последнего с пробиотиками предотвращает иммунно-воспалительный ответ. Следовательно, объектом воздействия пробиотиков в настоящее время стал контроль избыточной продукции IgE под влиянием IL4, который продуцируется Т-хелперами 2 подкласса (TH2). Лечение переориентирует иммунологическую память таким образом, что TH2 не вовлекаются в ответ.
Важным свойством пробиотиков является способность к адгезии на поверхности слизистой и ее колонизации. Исследования засвидетельствовали, что данное свойство является видоспецифическим, оно оценивается как при помощи биопсии во время колоноскопии, так и in vitro с использованием культур эпителиоцитов человека. Оказалось, что лишь некоторые из видов и штаммов лактобацилл и бифидобактерий, выпускаемых с коммерческой целью, обладают адгезивными свойствами в отношении эпителиоцитов человека как in vitro, так и in vivo. Таким свойством обладает, в частности, штамм GG L. ramnosus, который неоднократно упоминался выше. В настоящее время интенсивно изучаются лечебные свойства штаммов лактобацилл, способных адгезироваться к эпителию кишечника человека.
В настоящее время значительное внимание исследователей привлекает L. plantarum. Данная бактерия в процессе метаболизма вырабатывает как молочную, так и уксусную кислоту. Уникальным ее свойством является устойчивость при низких значениях рН, поэтому она доминирует на конечной стадии естественной ферментации и содержится в таких продуктах, как кислая капуста, зеленые оливки, натуральное вино и пиво и многих других продуктах, распространенных в странах третьего мира. Таким образом, наши предки получали большое количество таких бактерий, а прекращение их поступления в организм характерно для питания в современных западных странах. Важной особенностью L. plantarum является превращение аргинина в орнитин в анаэробных условиях с выделением NO. Moncada и его коллеги засвидетельствовали, что высвобождение NO конститутивными ферментами оказывает протективное влияние на пищеварительный тракт, а индуцибельными ферментами — деструктивное. Протективное влияние заключается в бактериостатическом действии, стимуляции продукции слизи, регуляции моторики, адекватном кровоснабжении внутренних органов и нормализации иммунных функций. NO подавляет избыточный рост Candida albicans, E. coli, H. pylori, шигелл, сальмонелл, амеб и паразитов как в желудке, так и в кишечнике.
Некоторые штаммы L. plantarum (299 и 299V) обладают уникальными свойствами, для них характерна адгезия на гликопротеинах, содержащих маннозу. Такая особенность характерна для болезнетворных энтеробактерий, сальмонелл, шигелл и холерного вибриона. Это позволяет ожидать лечебно-профилактического эффекта таких штаммов в связи с конкуренцией за связывание с рецепторами: колонизация слизистой L. plantarum 299 и 299V значительно уменьшает количество грамотрицательных анаэробов, клостридий и энтеробактерий. Препятствуя адгезии болезнетворных микробов на эпителии, L. plantarum также предотвращает их транслокацию и всасывание эндотоксинов. Считается, что NO играет важную роль при таком контроле, а в связи с тем, что данное соединение является короткоживущим, то в описанном процессе огромную роль играют именно бактерии, которые, как и L. plantarum, обладают адгезивными свойствами.
Даже лактобациллы, не обладающие адгезивными свойствами по отношению к кишечному эпителию человека, во время пассажа через пищеварительный тракт могут оказывать клинический эффект. Halpern et al. обнаружили, что потребление 450 г йогурта в сутки не влияет на липидный метаболизм, но при этом существенно повышает уровень кальция в сыворотке крови и продукцию γ-интерферона Т-лимфоцитами. От штаммов со свойством адгезии к эпителию кишечника человека можно ожидать еще более значимых клинических эффектов. Способность пробиотиков снижать уровень холестеринемии все еще спорна, хотя в исследованиях 70–80-х гг. сообщалось о таком эффекте при употреблении в пищу кисломолочных продуктов. Jackson et al. полагают, что данный эффект недостаточно доказан, в частности, из-за проблем с дизайном таких исследований и употреблением во время их проведения очень больших (от 0,5 до 8 л) количеств йогурта в сутки, что нереально в повседневной жизни.
Известно, что изменения кишечной флоры влияют на моторику толстого кишечника и пассаж содержимого по нему, а жирные кислоты с короткой цепью, образующиеся в процессе жизнедеятельности пробиотиков, играют важную роль в ускорении прохождения содержимого по толстой кишке. У людей пожилого возраста, страдающих запорами, содержание бифидобактерий в кишечной флоре снижается. Поэтому при лечении запоров логично применять молочнокислые бактерии. Ряд исследований засвидетельствовал выраженный клинический эффект различных штаммов пробиотиков (L. rhamnosus GG, L. casei, B. lactis и др.) при лечении запоров.
ПРЕБИОТИКИ
Концепция пребиотиков сформировалась недавно — порядка 10 лет назад. Пребиотики представляют собой химические вещества, как правило, олигосахариды, не переваривающиеся в кишечнике и, возможно, выполняющие роль субстратов, специфических для бактерий с пробиотическими свойствами, которые уже содержатся в кишечнике организма-хозяина, усиливая, таким образом, их рост. Они также не расщепляются под влиянием микрофлоры, не обладающей пробиотическими свойствами, например, бактероидов или E. coli. Пребиотики содержатся в грудном молоке и некоторых овощах. Синтетические пребиотики-олигосахариды содержат в своей основе фруктозу или галактозу (сокращенно — ФОС и ГОС соответственно). Олигосахариды грудного молока считаются пребиотиками, поскольку они способствуют преобладающему росту бифидобактерий и лактобацилл в толстой кишке младенцев, находящихся исключительно на грудном вскармливании.
Инулин относится к полимерам фруктозы (так называемым фруктанам), состоящим из 2–60 молекул фруктозы с β(1-2) связями между мономерами, что предотвращает разрушение молекулы пищеварительными ферментами. Олигофруктоза — фруктозные олигосахариды с 2–10 молекулами фруктозы в цепочке, соединенными гликозидными связями. Оба вида полимеров содержатся во многих растениях — пшенице, луке, чесноке, бананах, цикории и выполняют разнообразные функции в процессах пищеварения. В частности, они обеспечивают достаточное количество волокна в пище, не повышая при этом ее вязкость. При добавлении в молоко инулин образует микрокристаллы, продукт приобретает кремообразный вид и становится жирным на вкус. Поэтому инулиновые фруктаны добавляются в мороженое, другие десерты, а также в выпечку. Пребиотики также добавляются в йогурты, где уже содержатся пробиотики. Такие комбинированные препараты называются синбиотиками.
Пребиотики не разрушаются в тонкой кишке, а в толстой под воздействием бифидобактерий и лактобацилл расщепляются до образования газа, лактата и жирных кислот с короткой цепью. Они могут служить заменителями сахара в питании диабетиков; данные вещества относятся к волокнам. Механизм выборочности относительно того, какие бактерии метаболизируют пребиотики, заключается в снижении рН в просвете кишки и продукции метаболитов, подавляющих одни бактерии и стимулирующих рост других. Данный механизм изучен еще не до конца. Интересно, в частности, то что если в кишечнике на момент приема пребиотика было мало специфических бактерий, его эффект выражен слабее, чем в тех случаях, когда их были много. Неизвестно также, как долго сохраняется положительный эффект пребиотиков — известно, что прокариоты легко адаптируются к среде, а следовательно, патогенные бактерии могут перестроить метаболизм, чтобы утилизировать субстрат.
Основным прямым эффектом пребиотиков является влияние на функцию толстой кишки (в результате увеличения количества волокна, осмотического эффекта и изменения рН), что используется при лечении синдрома раздраженной кишки и запоров. Кроме того, углеводы (пищевое волокно) влияют на всасывание минералов. Минералы связываются с углеводами и вследствие этого не всасываются в тонкой кишке. Однако секвестрированные минералы освобождаются в толстой кишке, там где их абсорбция, особенно Ca2+, облегчается из-за высокого содержания жирных кислот с короткой цепью (в кислой среде повышается концентрация ионов Ca2+ и это способствует пассивной их диффузии). Фруктаны облегчают абсорбцию минералов благодаря осмотическому эффекту — вода притягивается в просвет толстой кишки, объем жидкости увеличивается, а концентрация минералов уменьшается в связи с разведением раствора. В то же время при исследованиях на людях не было обнаружено значимого влияния инулина на всасывание железа и цинка, а повышение всасывания магния в настоящее время засвидетельствовано только в экспериментах на животных. Улучшение биодоступности кальция позволяет ожидать эффект инулина относительно профилактики остеопороза.
В исследованиях на крысах обогащение диеты инулином приводило к снижению уровня триглицеридов как после приема пищи, так и натощак, особенно липопротеинов очень низкой плотности, в результате уменьшения их синтеза de novo гепатоцитами. Такой эффект связан с влиянием на концентрацию глюкозы и инсулина или же с повышением содержания жирных кислот в портальной венозной крови. По данным рандомизированного, двойного слепого исследования с включением пациентов с умеренной гиперлипидемией, прием пребиотиков обуславливал снижение уровня инсулина натощак и концентрации триглицеридов. Для доказательства способности пребиотиков предотвращать атеросклероз необходимы исследования с включением пациентов с ожирением, инсулинорезистентностью, потребляющих высококалорийную пищу с большим количеством углеводов.
Исследования на крысах (экспериментальные модели) также позволяют предположить, что инулин и олигофруктозные соединения уменьшают риск рака толстой кишки, однако для подтверждения такой важной гипотезы необходимы обширные исследования на людях.
(Окончание в следующем номере журнала)